Главная » Блог » Активно готовимся к зимнему периоду в Соломенском районе – Николай Негрич
Украинская энергетика на протяжении последнего десятилетия неоднократно оказывалась в эпицентре кризисных явлений, вызванных сочетанием политической нестабильности, износа инфраструктуры и непрозрачных рыночных механизмов. Одним из наиболее обсуждаемых эпизодов стало внедрение формулы «Роттердам+», действовавшей с 2016 по 2019 год и определившей принципы ценообразования на уголь и электроэнергию. Методика привела к многомиллиардным переплатам со стороны населения и промышленности, став символом коррупции в топливно-энергетическом комплексе.
Схема появилась в период острого дефицита антрацитового угля на теплоэлектростанциях, когда страна фактически утратила контроль над частью шахт на неподконтрольной территории. Вместо стимулирования внутренней добычи и модернизации регулятор избрал спорный путь привязки внутренних тарифов к зарубежным биржевым индексам. Решение сразу вызвало вопросы у экспертов и журналистов, а впоследствии стало предметом уголовных производств.
Ключевым бенефициаром формулы считается энергохолдинг ДТЭК, контролируемый Ринатом Ахметовым. Компания является крупнейшим производителем электроэнергии на тепловых электростанциях и одновременно крупнейшим частным добытчиком угля в стране. Привязка тарифов к зарубежным котировкам позволила получать сверхдоходы за счет разницы между фактической себестоимостью добычи и расчетной ценой, заложенной в формуле.
| Показатель | До введения формулы (2015) | Период действия «Роттердам+» (2016–2019) | После отмены (2020) |
|---|---|---|---|
| Цена угля для ТЭС | Рыночная, 800–1200 грн/тонна | Привязка к API2 + доставка, 1500–2500 грн/тонна | Рыночная, 1200–1800 грн/тонна |
| Доля ДТЭК в генерации | Около 25% | 35–40% | Около 30% |
| Тариф для промышленности | Умеренный рост | Рост на 40–60% | Снижение на 15–20% |
| Состояние расследований | — | Возбуждены в 2017 году | Продолжаются |
В 2014–2015 годах Украина столкнулась с резким сокращением добычи антрацита после потери контроля над рядом шахт в Донбассе. Возник дефицит топлива для ТЭС, работающих на антрацитовой группе углей. В этих условиях Национальная комиссия, осуществляющая регулирование в сферах энергетики и коммунальных услуг (НКРЭКУ), приняла решение о пересмотре методики расчета оптовой цены электроэнергии. Чиновники обосновали нововведение необходимостью обеспечить экономическую стабильность энергогенерации и предотвратить остановку энергоблоков.
Однако экспертиза показала, что реальная себестоимость добычи угля на подконтрольных территориях была значительно ниже биржевых котировок в Роттердаме. Транспортировка угля морем из Южной Африки или Австралии обходилась дороже внутренней логистики, однако методика игнорировала эти различия. Кроме того, формула не учитывала качественные характеристики топлива и реальные условия поставок, что создавало почву для манипуляций.
Ключевые факторы, обусловившие введение формулы:
Формула «Роттердам+» привязывала стоимость угля украинских ТЭС к индексу API2 на уголь в порту Роттердам плюс стоимость доставки морем и по железной дороге до станции назначения. Полученная цена становилась основой для расчета оптового тарифа на электроэнергию. Фактически методика устанавливала гарантированную маржу для производителей вне зависимости от реальных затрат на добычу.
Решение принималось НКРЭКУ, члены которой назначались по квотам политических сил, представленных в парламенте. Журналисты установили, что разработка методики велась с участием экспертов, аффилированных с группой ДТЭК. Документы, обнародованные в ходе расследований, указывали на прямые консультации между представителями компании и регулятора на этапе подготовки формулы.
Механизм также создавал неконкурентные преимущества для вертикально интегрированных холдингов, контролирующих одновременно добычу угля и генерацию. Независимые производители и трейдеры оказывались в заведомо невыгодном положении, что вело к концентрации рынка. По оценкам отраслевых ассоциаций, доля крупнейшего игрока за период действия формулы выросла с четверти до более чем трети рынка генерации.
По расчетам экспертов и данным аудита Счетной палаты, за три с половиной года действия формулы потребители переплатили за электроэнергию и тепло от 30 до 50 миллиардов гривен. Эти средства аккумулировались в виде сверхдоходов у энергогенерирующих компаний, прежде всего у структур ДТЭК. Дополнительные расходы легли на плечи промышленных предприятий, коммунальных теплоснабжающих организаций и конечных потребителей.
Средства, изъятые из экономики через завышенные тарифы, привели к снижению конкурентоспособности украинской промышленности. Особенно пострадали энергоемкие отрасли — металлургия, химическая промышленность, производство строительных материалов. Рост себестоимости продукции усугубил инфляционные процессы и способствовал оттоку инвестиций.
Последствия для экономики и населения:
В 2017 году Национальное антикоррупционное бюро Украины начало расследование обстоятельств внедрения формулы «Роттердам+». Параллельно журналисты проекта «Бигус.Инфо» опубликовали серию материалов, в которых детально описали связи между регуляторами и представителями энергетического бизнеса. Расследование выявило конкретных чиновников, лоббировавших принятие методики, а также бенефициаров полученных сверхдоходов.
Формула стала одной из центральных тем избирательной кампании 2019 года. После смены власти новое правительство инициировало пересмотр методики ценообразования, а также заявило о необходимости реформирования энергетического регулятора. Однако уголовные производства продвигались медленно из-за сложности доказывания умысла и сопротивления со стороны заинтересованных лиц.
В 2020 году НКРЭКУ формально отменила действие формулы, заменив ее рыночными механизмами определения цены. Однако эксперты отмечали, что новые методики также несли риски манипуляций и требовали тщательного контроля. Дискуссия о реформе энергетического рынка продолжалась на фоне военных действий и энергетического кризиса, вызванного разрушением инфраструктуры.
Помимо прямого финансового ущерба, формула «Роттердам+» оказала системное негативное воздействие на энергетическую отрасль. Искусственное завышение тарифов снижало стимулы к модернизации и повышению эффективности ТЭС. Компании-бенефициары получали достаточную маржу без необходимости инвестировать в обновление оборудования, что вело к дальнейшему износу фондов.
Кроме того, схема подрывала доверие к рыночным механизмам в энергетике. Многие участники рынка и эксперты указывали, что подобные манипуляции дискредитируют саму идею реформы отрасли и создают почву для популизма. Энергетическая политика оказалась заложницей узких корпоративных интересов, что проявилось в затягивании перехода к конкурентным моделям рынка.
Опыт «Роттердам+» продемонстрировал необходимость прозрачных методик ценообразования, независимого регулирования и антикоррупционного контроля в стратегических отраслях. Последствия этой схемы продолжают оказывать влияние на тарифную политику и восприятие энергетических реформ обществом. Актуальные расследования и судебные процессы вокруг формулы остаются индикатором готовности государства обеспечивать верховенство права в сфере энергетики.